Понедельник, 5 декабря, 2016 года: USD = 64.1528, 0,4721 EUR = 68.4703, 0,8541

Рыбная промышленность Канады:

04 сентября 2008, 16:43
Как мы ни пытались найти какой-нибудь аналитический материал в Интернете о рыбной промышленности государства, берега которого омывают три океана, чтобы сделать серьезный аналитический материал, нам это не удалось — попадались только разрозненные публикации самого противоречивого характера.

Но повезло в другом — посольство Канады в Российской Федерации предложило нам, двум журналистам, пишущим о проблемах отечественного рыболовства, обратиться к первоисточнику — посетить Канаду, встретиться и пообщаться с теми, кто сегодня и представляет в этой стране рыбный бизнес. Причина для поездки была достаточно веская — представители рыбного бизнеса Канады весьма заинтересованы в присутствии на российском рыбном рынке, в развитии которого они видят серьезную перспективу и для развития собственных компаний, работающих как на атлантическом, так и на тихоокеанском побережьях страны.

История Канады и ее рыбной промышленности начинается с Ньюфаундленда — и именно отсюда и началось наше путешествие по рыбацким регионам этой второй по величине страны после России. Первым, с кем мы встретились, был Пол Роуз (Paul Rose), представитель министерства по рыболовству провинции Ньюфаундленд и Лабрадор, который не только родился и вырос на этом острове, но и является большим знатоком его истории.

Первыми европейцами, кто достиг берегов Северной Америки, были, как утверждают, викинги. Есть сведения, что и европейские рыбаки были тоже давно знакомы с ньюфаундлендскими тресковыми банками, и именно огромные запасы вяленой трески, добытой в североатлантических водах и проданных в Испанию и Португалию, позволяли именитым мореходам из тех мест, в том числе и Христофору Колумбу, совершать длительные морские путешествия. Как в свое время мясо морской коровы на Командорских островах открыло путь в Русскую Америку мореходам с Камчатки.
На Ньюфаундленде почитается имя викинга Эрика Рыжего, который основал здесь первое поселение более тысячи лет назад. Основой хозяйственной деятельности здешних викингов было, разумеется, рыболовство.

Но к периоду Великих географических открытий этот остров не был заселен европейцами. Здесь жили только индейцы из племени беотуки. И первыми, кто появился у берегов «Терра инкогнито», были отец и сын Каботы — Джон и Себастьян, состоявшие на службе у английского короля Генриха VII (позже Эдуарда VI). Остров первоначально был назван Баккалье от португальского Baccalaos (царство трески). А Ньюфаундленд в буквальном переводе и означает «Вновь открытая или новонайденная Земля», напоминая этим названием об эпохе бесстрашных воинов, мореходов и рыбаков из славного племени викингов, объединяющего многочисленные народы, обитавшие в глубокой древности на побережье арктических морей. В их число входили и наши поморы — знаменитые укшуйники, не гнушавшиеся, как и другие их собратья по племени, заниматься ни рыболовством, ни морским разбоем.

Каботы писали в 1497 году про Ньюфаундлендскую тресковую банку: «Она так кишит рыбой, [что] ее можно ловить не только сетями, но и корзинами, опускаемыми в воду [с утяжеленными] грузилами из камней». Специалисты позже писали: «Воды континентального шельфа от полуострова Кэйп-Код до острова Ньюфаундленд образуют бесподобное по размерам и плодородию морское пастбище — трехмерную водную толщу, достаточную, чтобы покрыть весь Североамериканский континент слоем воды почти метровой высоты. В 1500 году эти воды по объему биомассы морских организмов не имели себе равных в мире. Здесь было царство королевы трески» (Фарли Моут «Трагедии моря»). И до недавнего времени Большая Ньюфаундлендская банка считалась одним из самых богатых по биопродуктивности районом Мирового океана. С ней могли сравниться разве что промысловые районы в прибрежьях Перу и Камчатки.
Рыбаки многих европейских стран считали этот промысловый район «землей обетованной». В 16-м столетии здесь «собирали богатейший урожай более трехсот французских, португальских и английских рыболовных судов». К концу столетия промысловый флот увеличился уже вдвое, а в 1620 году их насчитывалось уже более тысячи. Средний вес канадской трески достигал девяти килограммов (в настоящее время не более трех), и нередко попадалась треска весом до девяноста килограммов (и была она двухметровой длины).

К концу 18-го столетия, опустошив южные рыболовные банки в районе Новой Англии, на промысел ньюфаундлендской трески приходят американцы, которые (вместе с канадскими рыбаками) постепенно вытесняют из этих вод европейцев.
В период между 1899 и 1904 годами ежегодный улов трески (и пикши, которую при посоле засчитывали как треску) приблизился к миллиону тонн. Один только Ньюфаундленд экспортировал каждый год около 1 миллиона 200 тысяч центнеров вяленой трески, что соответствовало 400 тысячам тонн свежей рыбы.
Но в этот же период начинается и необратимый (незаметный на первый взгляд) процесс подрыва запасов — треску стало ловить значительно труднее, чем прежде, когда использовалась, как правило, только дешевая крючковая снасть (яруса). Рыбаки попытались расширить район промысла и, действительно, обнаружили значительные запасы трески на севере — в районе острова Лабрадор.

Но и запасов лабрадорской трески при столь значительном ее вылове не могло хватить надолго (за период с 1845 по 1880 годы, на которые приходится пик промысла этого вида, количество ньюфаундлендских рыболовных судов увеличилось с 200 до 1200. Количество рыбаков и рыбопереработчиков достигло 30 тысяч). И вот итог — «…к середине ХХ века знаменитый лабрадорский рыбный промысел потерпел полный крах».
Но это не остановило промысел канадской трески, так как спрос (а соответственно и цены) на нее на мировом рынке резко возросли. На Большую Ньюфаундлендскую банку ринулся рыбодобывающий и рыбоперерабатывающий флот из десятков европейских и азиатских стран (в том числе и СССР). «В результате в период между 1962 и 1967 годами добыча трески резко возросла и к 1968 году превысила два миллиона тонн. Вскоре после этого тресковый промысел во всей северо-западной Атлантике прекратил свое существование за неимением рыбы». Правительство Канады вынуждено было объявить в Царстве Трески мораторий на промысел рыбы, благодаря наличию которой совершались в свое время великие географические открытия.

Кстати сказать, Кабот-сын (Себастьян) прославился не только тем, что открыл вместе с отцом Северную Америку. Он стоял у истоков еще одного мероприятия, вошедшего в мировую историю и связанного с попыткой англичан пройти к берегам Тихого океана Северным морским путем, — создания Московской торговой компании (Товарищества английских купцов), завязавшей в числе первых в Европе торговлю с Россией еще во времена Ивана Грозного, когда наша страна была, как и при Советском Союзе, закрытой для внешнего мира.

Но главной задачей (суперцелью) этой английской компании было открытие северного пути в Индию и Китай. Недаром акционеры (а в числе их были лорды и пэры Англии) приглашали на службу людей, которые или уже прославились своими морскими открытиями, таких, как Себастьян Кабот, или у которых эта морская слава была еще впереди. Один из них — капитан Генри Гудзон (для нашего рассказа особенно интересен ньюфаундлендский топоним Гудзон-Бей (то есть Бухта Гудзона) — имя, которое стало названием знаменитой английской компании Гудзон-Бей, существующей и по сей день (имеющей свои филиалы в Монреале и Нью-Йорке), положившей начало зверобойного промысла и рыболовства на тихоокеанском побережье Канады — это был самый мощный в свое время конкурент Российско-Американской компании). С походом через Ледовитый океан у Кабота ничего не вышло, и за это дело взялись сами русские, но как писал в одной из своих исторических миниатюр «Бонавентуре» — Добрая Удача» писатель Валентин Пикуль, « …целых полтора столетия зыбкая дорога между Лондоном и Архангельском (и сам порт возник в результате этой торговли — Авт.) была единственной коммуникацией, связывающей Россию с Европой. Так длилось до Петра I, открывшего «окно» в Европу со стороны хмурой Балтики. «Московская компания», основанная в 1555 году, просуществовала до 1917 года, когда наша страна вступила в новую эпоху…».
Если же напомнить нашему читателю о том, что Канада и по сей день входит в состав государств Британского Содружества, где верховная власть принадлежит королеве Англии (а Ньюфаундленд только в 1949 году вошел в состав Канады, подчиняясь до этого напрямую Лондону), то наша историческая параллель о торговле Англии с Россией в контексте общего разговора о возможностях развития торговли продукцией канадского рыбного бизнеса в России только лишь подчеркивает традиционный характер товарообмена между двумя некогда великими империями.

А что же происходит сегодня на рыбном рынке Канады? И насколько интересна для канадского рыбного бизнеса Россия? Что вообще представляет этот бизнес в условиях моратория на промысел самого важного в истории страны объекта промысла — трески? Об этом шел у нас разговор с заместителем министра по рыболовству и аквакультуре провинции Ньюфаундленд Аластером О'Рейли (Alastair O`Reilly), c Дэвидом Мидлтоном (David Middleton) — вице-президентом компании Barry Group, а также с Майком Хоуко (Mike Hawco) — директором по торговле компании Fishery Products International (FPI), крупнейшими канадскими рыбопромышленными компаниями Северной Атлантики и экспортерами мирового уровня (компания FPI, например, имеет свои представительства в США, Англии, Германии, Китае).

Конечно, 1990-е годы стали переломными в рыбной отрасли атлантических провинций Канады — Ньюфаундленда и Лабрадора, Новой Шотландии, Острова Принца Эдуарда. Резкое сокращение запасов трески и мораторий на ее добычу в корне изменили видовую структуру промысла и рыбопереработки. Но если взять общие цифры, то атлантический промысел Канады все равно является ведущим в стране и составляет 80 процентов от всего, что добывается на тихоокеанском побережье (примерно 16 процентов) и во внутренних водоемах страны. Промысловое рыбное хозяйство Канады одно из самых прибыльных в мире — при вылове двух миллионов тонн рыбы в год она производит товарной продукции на сумму более пяти миллиардов долларов (а канадский доллар практически равен доллару США). При этом Канада вывозит за рубеж более 85 процентов рыбы и морепродуктов, занимая пятое место в мире по экспорту рыбопродукции. Ни в одном супермаркете, которые мы посещали, кроме магазинов по продаже сувениров и специализированных небольших фирменных магазинчиков, мы не увидели в Канаде не только традиционно русской соленой или копченой рыбы, но и рыбы в любом другом каком-то также традиционном (в том числе и кулинарном) для нашего восприятия или ощущения виде — канадцы предпочитают кормить этой продукцией жителей США (63 процента экспорта), Японии (11 процентов), Европейского Союза (9,9 процента) и других, в том числе и нас, россиян.

Что же приобретают и продают наши соотечественники на Ньюфаундленде?
Продают — в основном мороженую рыбопродукцию (треска, пикша, палтус, креветки).
Покупают — мороженые креветки и скумбрию, мойву, а также дубленые или выделанные шкурки тюленя.

В провинции Новая Шотландия они продают филе рыбы мороженое и приобретают мороженых креветок и сельдь, а также лобстеров.

В провинции Остров Принца Эдуарда покупают в основном лобстеров (в том числе и в живом виде) и мидии.

А на тихоокеанском побережье в провинции Ванкувер традиционно покупают хек мороженый, лосось, красную икру, рыбное филе.

Если же говорить о доле того или иного вида рыбопродукции в стоимостном выражении, то ситуация следующая:

Хек мороженый (за период с 2003 г. по август 2006 г. приобретено 19 тысяч тонн на сумму более 28 миллионов канадских долларов).

Креветки мороженые (7,1 тысячи тонн — на сумму более 22 миллионов долларов).
Мойва мороженая (10,6 тысяч тонн — на сумму более 9 миллионов).
Скумбрия мороженая (3,2 тысячи тонн на сумму около семи миллионов)
Креветки приготовленные или консервированные в герметичной таре (спрос на них начался только в 2005 году, а уже приобретено россиянами 1,7 тысячи тонн на сумму около семи миллионов долларов).

Сельдь мороженая (3,1 тысячи тонн на суму более трех с половиной миллионов).
Омары (лобстеры) живые (158 тонн на сумму около трех миллионов долларов).
Сардины, сардинеллы, шпроты мороженые (1,2 тысячи тонн на суму более полутора миллионов долларов).

Филе сельди мороженое (0,9 тысячи тонн на сумму более миллиона долларов).
Сиг мороженый (0,4 тысячи тонн на сумму около миллиона долларов).
Следующие позиции по убывающей составляют менее одного миллиона долларов за период 2003–2006 гг. — горбуша (378 т), кета (235 т), камбала (190 т) и др. (всего около пятидесяти видов продукции).

То есть, исходя из этих цифр, структура канадского экспорта рыбопродукции в Россию в настоящее время формируется в двух основных направлениях — на удовлетворение потребностей мало- и высокообеспеченных категорий населения нашей страны. Для первых канадцы представляют широкие возможности для приобретения достаточно дешевой мороженой продукции традиционных видов — хек, мойва, сельдь, сардина. Эти же виды, в свою очередь, широко используются и для переработки (соления, копчения) на российских заводах. Для другой — более обеспеченной категории населения России — канадцы начали поставлять рыбные деликатесы: мороженые и консервированные креветки, живые и мороженые лобстеры, спрос на которые, как мы видим, достаточно высокий (второе, пятое и седьмое место по стоимости экспорта).

Наша справка. Провинция Ньюфаундленд и Лабрадор. Площадь 406 тыс. кв. км; население: 516 875 чел. (2004 г.), столица Сент-Джонс (около 175 тыс. чел.). Средняя недельная заработная плата 700 канадских долларов. С морем связана работа более 100 компаний провинции.

Если говорить непосредственно о провинции Ньюфаундленд и Лабрадор, то при резком сокращении численности донных и пелагических видов рыб и общем снижении объемов вылова происходит структурное изменение в рыбной отрасли провинции — доля креветки в стоимости продукции поднимается с 18 миллионов долларов в 1989 году до 154 миллионов (это значительно выше, чем давала треска в 1989 году — 120 млн) — квота Ньюфаундленда составляет 117 тысяч тонн (из них 18 тысяч у FPI — 60 процентов мороженой нечищеной креветки этой компании продается в России). Доля лобстеров с 18 миллионов долларов поднялась до 31 миллиона. На втором месте по значимости стал снежный краб, доля которого была весьма незначительной, а поднялась до 140 миллионов долларов (владельцы крабовых квот и краболовов сегодня самые богатые люди в отрасли — оптовая цена за 1 кг на Токийском центральном рынке составляет 1800 иен). И поэтому, несмотря на кризис в рыбной отрасли, сокращении числа рыбоперерабатывающих заводов с 214 в 1989 г. до 117 в 2005 г., а количества рабочих мест с 21 тыс. до 13,3 тыс. человек, отрасль, производившая в более-менее благополучном 1989 году продукции на 650 миллионов канадских долларов, произвела в 2005 году продукции уже на сумму более 900 миллионов долларов (а это практически пятая часть всего, что производит в стоимостном выражении вся рыбная промышленность Канады).
Только в провинции Ньюфаундленд и Лабрадор российские предприниматели купили в 2005 году в том числе у FPI и Barry Group 1,607 тыс. т мороженой сельди (плюс 308 тонн филе); 1,589 тонн мойвы; 1,375 тыс. т креветки; 1,048 тыс. т скумбрии на общую сумму около 10 миллионов канадских долларов.

Крупнейшая рыбопромышленная компания Канады — Barry Group была основана выходцем из Ирландии Джеймсом Бэрри (James Barry) в 1910 году, и вот уже четвертое поколение этой семьи успешно трудится в рыбном бизнесе. Базисной основой их деятельности стала сельдь, и в настоящее время компания сохранила свою ведущую роль в этом направлении, занимая по поставкам атлантической сельди первое место на североамериканском рынке. Компания начала экспортировать рыбу в Россию (в СССР) еще в середине 1980-х годов — поставляя соленую сельдь в Мурманск. Весьма серьезную долю в промысле занимают мойва и скумбрия, которые также идут на экспорт в Россию.
На втором месте по объему вылова — камбала, пикша, окунь, гренландский палтус.
И, конечно же, креветка, снежный краб и лобстер, которые вывели компанию из коллапса 1992 года.

По объему экспорта Barry Group самая крупная компания Канады, но по стоимости экспортной продукции — на втором месте (и это понятно, так как тонна сельди, доминирующей в рыбопромысловой деятельности компании, стоит на рынке 1200 долларов, а тонна лобстера — 40 тысяч).

Fishery Products International создана в 40-х годах. Прошла практически тот же путь, что и Barry Group. Имеет шесть крупных заводов по переработке рыбы и морепродуктов. Десять лет уже успешно торгует с Россией — помимо креветки в нашу страну поступают и традиционные (достаточно дешевые) виды атлантической рыбы — мороженая скумбрия, мойва, сельдь.

Компания Barry Group, будучи традиционным пользователем определенного вида ресурсов, заинтересована в восстановлении тех объектов промысла, которые исторически определяли развитие рыбной отрасли атлантической Канады. Помимо этого, и в самой концепции развития этой компании заложено комплексное использование самых разных ресурсов, находящихся в определенном биологическом равновесии, поэтому мы не особенно удивились, когда нас пригласили на принадлежащую компании фабрику по переработке шкур морских зверей, добытых в Северной Атлантике — еще одного из важнейших объектов канадского экспорта в Россию (по крайней мере 90 процентов шкур, переработанных на этой фабрике, уходят к нам). В Канаде многие из рыбопромышленников считают, что одной из причин уничтожения «царства трески» являются прожорливые гренландские тюлени (одна особь, как они утверждают, съедает до тонны рыбы в год, что, по некоторым подсчетам, если суммировать, в шесть раз превышает официальный промысел Канады). Поэтому численность тюленей необходимо жестко регулировать: ежегодно добывается до 350 тысяч морских зверей и этот отстрел (в том числе и детенышей — бельков) носит промышленный характер, почему и была построена эта фабрика. Технология переработки шкур здесь уникальна — она исключает применение хлора и хлорсодержащих веществ. Этот завод является одним из самых мощных в Канаде, перерабатывая 60 тысяч шкур гренландского тюленя в год.
Наша справка. Провинция Новая Шотландия. Площадь 55,5 тыс. кв. км; население 938 134 (2004 г.). Столица г. Галифакс (население около 320 тыс. чел.). Средняя недельная заработная плата 700 кан. долл. Стоимость рыбной продукции провинции составляет 500 миллионов кан. долларов.

Провинция Остров Принца Эдуарда. Площадь 5,7 тыс. кв. км.; население 137 744 чел. (2004 г.). Столица г. Шарлоттаун (население около 30 тыс. чел.) Средняя недельная заработная плата 700 кан. долларов. У берегов провинции вылавливается и выращивается около 30 видов рыбы и моллюсков.

Продолжая свой путь по атлантическому побережью Канады, мы поняли, что все-таки наиболее важный для этих провинций рынок в России — рынок креветки, численность которой стремительно увеличивается все последние годы в связи, как считают в министерстве, с катастрофическим уменьшением запасов все той же трески — заполняется экологическая ниша.

Об этом говорили с нами в Новой Шотландии и в самой маленькой провинции — на Острове Принца Эдуарда (0,1% процента территории страны, расположенной на острове в нижнем течении реки Святого Лаврентия, связанного с материком самым длинным в мире мостом — 13 км).

Например, компания Clearwater уже выходила на российский рынок, но все ее планы поломал кризис 1998 года. Тогда она нашла достаточно большой для производства мороженой креветки рынок в Китае (в 1996 году 40 тонн, в 1997 — 7 тысяч тонн, и далее в геометрической прогрессии – до 40 тысяч тонн, но это не обрадовало, так как попали в зависимость от неограниченности рынка, который может тоже в одночасье рухнуть). Там другая культура потребления морепродуктов — китайцы предпочитают свежий продукт. И сами китайцы производят сегодня просто огромное количество креветки (порядка 850 тысяч тонн), которую выращивают на своих фермах. Более того, к китайской креветке искусственного происхождения уже ряд стран применил антидемпинговые меры, и китайцы вынуждены направлять ее на внутренний рынок. Поэтому перспектива развития китайского рынка для Канады весьма сомнительна, и они с большой надеждой смотрят на Россию, где интерес к этому продукту растет не по дням, а по часам.

В свое время компания была ориентирована на японский рынок (30 процентов экспорта), но после экономического кризиса в Японии вынуждена была уйти на европейский рынок, который и до этого приобретал примерно половину всей мороженой креветки компании.
Один из руководителей Clearwater — главный менеджер Питер Мэтьюс (Peter Matthews) — показал нам образцы продукции. Побывали мы и в их фирменном магазине.
Мидии также стали в Канаде одной из статей экспортного дохода. На острове Принца Эдуарда мы познакомились с компанией, для которой этот бизнес — товарное производство мидий — стал семейным (вы, наверное, обратили уже внимание, как часто рыбный бизнес в Канаде является семейным, наследственным) — PEI Mussel King Inc. Глава династии, отец директора по маркетингу Эстер Докендорф (Esther Dockendorff), которая принимала нашу делегацию, некогда занимался промыслом лобстеров, но это работа на два-три месяца в году, а мидии выращиваются круглый год (зимой, когда бухта покрывается льдом, урожай снимают с помощью водолазов), перерабатываются на семейной же фабрике и приносят неплохой доход. Площадь плантаций мидий компании 2,5 тысяч акров. Производительность — 3600 тонн в год (потенциал — до 6400 тонн). Но пока нет смысла наращивать увеличение выпуска продукции, так как рынок сейчас ограничен. В 2005–2006 годах компания PEI Mussel King Inc. занималась (и достаточно успешно) японским рынком мидий. В планах 2007–2008 гг. — рынок России.
Мы с удовольствием отведали канадских мидий, любезно приготовленных для нас молодой хозяйкой. Конечно, у такой вкусной продукции никогда не переведется покупатель, думаем, что и наши земляки с этим вскоре согласятся.

Креветку любят в России многие. Мидии — тоже не редкость. А вот лобстер не каждому по карману. Это деликатес. Тем не менее, в последние годы интерес к лобстеру у нас тоже возрастает, хотя о нем мало кто и что знает. Поэтому даем небольшую справку.

Атлантический лобстер (омар или десятиногий рак — восемь ног и две клешни) — самое крупное ракообразное, нежное и изысканное на вкус, родственник речного рака, обитающий в холодных морских водах. Цвет лобстера варьируется от серо-зеленого до зеленовато-синего. Брюшная полость имеет семь отделений. Хвост в форме веера. Здесь плотное белое мясо, из которого делают эскалопы и медальоны. Средний размер — 30–50 см при весе от 300 до 700 г, некоторые особи достигают 75-сантиметровой длины.
Самый большой лобстер, когда-либо добытый в мире, весил 19 кг 976 гр, длиной 106,68 см) от хвоста до кончика большой клешни. Он был пойман на юге Новой Шотландии (Канада) в 1977 году и продан в один из ресторанов Нью-Йорка.

Оптимальный кулинарный возраст лобстера — год-полгода при среднем весе 500–700 г. Когда лобстера отваривают, он становится красным, за что его называют «морским кардиналом». Попытки искусственного разведения по обе стороны Атлантики предпринимались с середины 19 века, но, несмотря на это, популяции лобстера постоянно сокращаются, делая это ракообразное довольно дорогим удовольствием. После отлова лобстера можно хранить без воды при температуре 3–5 градусов около двух дней, но идеальное содержание для него — это аквариум с морской водой. Причем лобстеры из разных регионов не могу существовать друг с другом. Поэтому для каждого вида создают идентичные его природной среде условия. Мясо лобстера, покрытое прочным панцирем, нежное, белое и ароматное, содержит очень мало жира (90 ккал на 100 г), богато протеином и минеральными солями. Самки крупнее, однако, мясо самцов вкуснее. Самой ценной считается хвостовая часть — «шейка». В клешнях и лапках мясо плотнее, но не менее вкусно. На голове лобстера, под панцирем, находится печень (томалли), внешне она напоминает сгусток пены, считается деликатесом. Из нее, например, готовят соусы. Как правило, лобстера отваривают целиком в течение 6–7 минут, но для некоторых блюд предварительно разделывают, отделяя хвостовую часть. В французской классической гастрономии лобстер — один из главных продуктов, его подают разрезанным на половинки с соусом или фаршированным крабами. Из омаров готовят салаты, заливное, крокетты, суфле, муссы, супы. Выбирая живого лобстера, прежде всего, смотрят на рефлекторную активность глаз, клешней и антенн, ибо, чем активнее шевелятся клешни, тем лобстер свежее. Лучше покупать лобстера весной и ранней осенью, в основные периоды их вылова.

Компания Fisherman`s Market International, созданная в 1948 году, специализируется на поставках живого лобстера — 80 тысяч фунтов в год. Свою продукцию она вот уже 10 лет как экспортирует в Россию.

А компания Ocean Choice International Inc. (президент Мартин Салливан (Martin Sullivan), специализирующаяся на переработке многих видов атлантических рыб и морепродуктов, занимается также и переработкой вареного лобстера. Завод этой компании, который мы посетили в провинции Остров Принца Эдуарда, один из самых мощных в мире. Конечная продукция этого завода имеет более ста наименований, так как завод может легко переходить с одного вида продукции на другой, с одного вида рыб или морепродуктов на другие. В разгар сезона на заводе работает до 800 человек. Кстати, на этом заводе мы встретили своих земляков из разных уголков России — рыбный кризис 1990-х годов и по сегодняшний день рождает проблемы с рабочими местами в отрасли. Русских берут охотно — это добросовестные работники с высоким уровнем понимания поставленных перед ними производственных задач и серьезной дисциплиной труда. Наш гид — Марина — была очень довольна условиями работы на заводе. И мы видели, что хорошие взаимоотношения здесь норма, а не исключение.

Вообще нужно несколько слов сказать и о системе взаимоотношения внутри рыбной отрасли Канады, чтобы понять некоторые проблемы, которые мы сегодня пытаемся решать и в российском рыболовстве.

Канада — одна из самых больших по размерам стран на земле, но здесь проживает всего 30 миллионов человек. И поэтому забота о канадцах и канадском бизнесе — одна из первейших задач государственного регулирования, по крайней мере, в области прибрежного рыболовства.

Морской рыболовный промысел здесь повсеместно, как правило, активный, то есть ведется с рыболовных судов. Размеры судов определяют не только автономность их плавания, но и возможности работы в зонах прибрежного или океанического рыболовства, а также на тех или иных видах рыб и морепродуктов. Это все жестко регламентировано.
Суда делятся на два типа — до 25 метров и более 25 метров.

В случае, если объемы допустимых уловов (ОДУ) резко возрастают, это вовсе не значит, что владельцы рыболовных судов получат больше квот. Они получат столько, сколько получают обычно — норму. А для освоения «излишков» будут приглашены желающие, чтобы увеличить количество рабочих мест в отрасли. То есть капитализация в прибрежном рыболовстве практически не допускается — важнее важного здесь поддержать развитие берега и его инфраструктуры через рабочие места. Судовладелец является индивидуальным пользователем. Он не имеет права увеличивать количество судов — имеет только одно лицензированное судно со строго определенным количеством квот.

На встрече в Ассоциации рыбопереработчиков провинции Ньюфаундленд и Лабрадор президент Ассоциации Дерек Батлер (Derek Butler) рассказал нам еще об одном интересном факте взаимоотношений между рыбаками и рыбообработчиками здешней провинции. Они в ОБЯЗАТЕЛЬНОМ ПОРЯДКЕ договариваются между собой о нижнем уровне цен на приемку рыбы у рыбаков, со стороны и в защиту которых выступает местный рыбацкий профсоюз. В случае, если рыбообработчики и рыбаки не договорятся, то государство назначает арбитраж, решение которого обязательно для ВСЕХ. Поэтому стороны стараются договориться на разумных условиях корпоративной ценовой политики. И это получается. Рыбак имеет гарантированную твердую цену на рыбу. А рыбопереработчик получает в оговоренные сроки качественный сырец, будучи уверенным в своем поставщике. В России же у нас обязательно какая-то одна из сторон (добытчик или переработчик), в зависимости от ситуации, диктует свои условия напарнику по бизнесу, и тот, не обремененный никакими, в том числе и моральными, обязательствами, при случае очень охотно «кидает» этого своего напарника — и так изо дня в день, из года в год все последние 15 лет. А Правительство Канады наложило вето на такое возможное безобразие со стороны партнеров, которое в итоге приводит к разорению каждого из них, — ДОГОВАРИВАЙТЕСЬ! А не можете договориться сами — ЗАСТАВИМ!!!

В исключительной экономической зоне Канады действуют другие правила, так как там работают большие автономные траулеры, которые сами добывают рыбу, производят нужную продукцию и поставляют ее на экспорт. Компании, работающие в экономзоне, имеют собственный промысловый флот и не зависят от индивидуальных квотодержателей, а также вправе увеличивать свои промысловые возможности и квоты в случае увеличения ОДУ.

Наша справка. Провинция Британская Колумбия. Площадь: 947, 8 тыс. кв. км.; население 4 209 856 чел. (2004 г.). Столица г. Виктория (около 305 тыс. чел.). Средняя недельная заработная плата 700 кан. долларов. Самым крупным городом провинции является Ванкувер (3725 тыс. чел.). Рыбным промыслом здесь занимаются 4 000 рыболовных судов, а обработка уловов производится на 180 береговых предприятиях.

Особенно ярко все, о чем мы говорили выше и связанное с перспективой развития рыбной отрасли, проявляется на тихоокеанском побережье Канады в Британской Колумбии, где ресурсы не подверглись такой жесточайшей эксплуатации, как на Большой Ньюфаундлендской Банке. В конце прошлого столетия прирост рабочих мест в рыбной промышленности Британской Колумбии составил 6800 человек. Правда, до введения в конце 1970-х годов исключительной экономической зоны в канадском прибрежье работали крупные советские и японские рыболовные флотилии. Позже была создана совместная советско-канадская компания, и канадцы сдавали добытую ими рыбу на советские плавучие базы — эта традиция сохраняется и по сей день, но изменились масштабы — в 80–90-х гг. на тихоокеанском побережье были построены десятки собственных рыбоперерабатывающих заводов, и сегодня из Британской Колумбии во многие страны мира, в том числе и в Россию, поставляется тихоокеанский хек, который по объему и цене канадского рыбного экспорта уверенно стоит на первом месте.
В частности, мы побывали на рыбоперерабатывающем заводе в Ванкувере, принадлежащем компании North Delta Seafood, которая специализируется на поставках именно этой продукции в Россию, а также в компании Calkins&Burke, которая занимается продажей не только рыбы, но и лососевой икры. Здесь же мы встретились с представителями Canadian Fishing Company (Canfisco), которая выпускает самый широкий ассортимент рыбных консервов, мороженый и копченый лосось, икру сельди и лосося, угольную рыбу, палтус, хек, сардину, донные виды и продают свою продукцию в 24 страны мира. В 2006 году компании исполнилось 100 лет. Это крупнейшая рыбопромысловая и рыбоперерабатывающая компания Британской Колумбии, имеющая свои представительства и на Аляске, добывающая традиционные объекты промысла — лосось и сельдь. В разгар промысла на ее судах и предприятиях работает более 2000 человек. Во всем мире известны консервы этой компании с брэндом «Gold Seal» (лосось, тунец, крабы, моллюски). Копченый лосось поставляется в Россию, США, Испанию, Италию и другие страны. Но пока еще точек соприкосновения с Россией немного. «Главное, — говорил нам представитель компании Дэвид Моррис (David Morris), — чтобы о нас в России знали, а торгуем мы со всеми и всем, что выпускаем». И эти слова, наверное, наиболее точно отражают настроение всех тех рыбопромышленников Канады, с которыми нам удалось встретиться, в том числе и с представителями компаний Liоns Gate Fisheries Ltd. и компании Pacific Link Group, которые также готовы сотрудничать с российскими предпринимателями в сфере рыбного бизнеса.

В Ванкувере завершилось наше путешествие по рыбопромышленным провинциям Канады. И через Торонто (наш отель здесь располагался на самой длинной улице мира — 1884 километра — Yonge Street — канадцы, мы обратили на это внимание, не только любят, когда у них что-то самое лучшее в мире, но и стараются делать, создавать и предлагать другим самое лучшее в мире), а город расположен на берегу одного из Великих (тоже очень рыбных) озер — Онтарио, мы отправились домой, вспоминая добрым словом всех тех, кто организовывал нам эту поездку и помогал нам на протяжении всего длинного пути от одного берега океана к другому. Прежде всего, это, конечно, сотрудник Посольства Канады в России (советник по развитию бизнеса Службы торговых представителей Правительства Канады) и наш переводчик Марина Фомичева, а также сотрудники министерств (департаментов) по рыболовству и аквакультуре соответствующих провинций, где мы побывали: Пол Роуз (Paul Rose), Майкл Хэндриган (Michael Handrigan), Шон Бэрри (Sean Barry) (Ньюфаундленд и Лабрадор), Сандра Кэннинг (Sandra Canning) и Эстелла Брайнт (Estelle Bryant) (Новая Шотландия), Шэрен Брар (Sharan Brar)(Британская Колумбия).
Источник: npacific.ru

Также в разделе:

Международный форум «Арктика – территория диалога» будет проходить в Архангельске каждые два года...

Архангельский траловый флот построит четыре рыбопромысловых судна...

Архангельская область: Поморье готово стать площадкой для переработки дальневосточной рыбы...

В Архангельске передано в суд дело о массовой гибели рыбы...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.



Авторизуйтесь,
чтобы получить доступ к личному профилю.

 

Недавние ответы: